Вихрем понеслись собаки по гладкой поверхности моря. В короткое время в прямом направлении на север проехали 13 км. Необозримые снежные степи, ярко отражавшие лучи света, уже на второй день пути стали болезненно раздражать глаза. Врангель и его спутники надели очки, а иные и просто завязали глаза, на остановках же смачивали их вином. А вот каким способом лечились проводники: «Они насыпали по вечерам в глаза несколько нюхательного табаку и после мучительной ночи чувствовали на утро значительное облегчение». Избегая ослепительного солнечного света, Врангель в дальнейшем продолжал путешествие по ночам, они были почти совершенно светлы; днем же отдыхал.

Но недолго продвигались путники беспрепятственно по гладкому пути. Появились торосы, продвижение замедлилось. Износившиеся нарты приходилось постоянно чинить, собаки были изнурены и обессилены. Сооружая продовольственные базы на льду, Врангель отпускал опорожненные нарты обратно. К началу апреля осталось только 6 нарт с продовольствием на две недели.

Обстановка создавалась все более грозная и величественная. По ночам слышались «треск ломающихся льдов и глухой шум, подобный отдаленным перекатам грома». Врангеля все более удивляет поразительное искусство его проводников, одаренных каким-то чудесным инстинктом — без всякого компаса, «несмотря ни на извилистые полосы торосов, ни на необозримые, однообразные ледяные поля», — держать по определенному направлению курс и запоминать его при возвращении обратно. «Среди самых спутанных гряд торосов, объезжая огромные горы, сворачивая то направо, то налево», они всегда находили тот же путь, который пролагал и Врангель, вооруженный компасом.

Непреодолимые препятствия в виде сплошных нагромождений торосов кладут предел энергии путешественников.